Сайт поклонников творчества Теодора Драйзера

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Биография/1919-1925

Сентябрь 1919 года выдался необычайно пасмурным и прохладным, под стать погоде было и настроение писателя. В эти дни душевной пустоты Драйзером, по его признанию, владела «давящая тоска, близкая к отчаянию». Он долгими часами не подымался из-за письменного стола в небольшой квартирке в Гринвич-Вилледж. У него вошло в привычку во время работы не отвечать на телефонные звонки и никому не открывать дверь. Поэтому, когда серым сентябрьским днем неожиданно раздался звонок в двери, писатель несколько минут раздумывал, отворить ли дверь. Звонок повторился. «Я встал, - вспоминает писатель, - накинул на себя синий китайский халат, который всегда лежал у меня под рукой на случай, если окажется необходимым придать себе более импозантный вид, и подошел к двери. При этом я заметил, что надел халат наизнанку, а это, как известно, является самым бесспорным предзнаменованием неотвратимых перемен. Я не знал случая, когда бы эта примета не оправдалась».

Писатель открыл дверь и увидел перед собой высокую, прекрасно сложенную, красивую молодую женщину с «такой молодой, невинно-простодушной улыбкой, какой (так мне показалось в ту минуту) я не видел уже много лет…». Так состоялось знакомство Теодора Драйзера с Элен Ричардсон, приходившейся ему дальней родственницей (бабушка Элен была родной сестрой матери Теодора). Знакомству этому суждено было внести большие изменения в личную жизнь писателя: Элен стала верной подругой до конца его дней. Ее появление в своей жизни Драйзер сравнивал с лучом солнца, неожиданно проникшим в подземелье.

Элен в эти дни собиралась покинуть Нью-Йорк и уехать в Калифорнию, чтобы стать актрисой. Она поделилась своими планами с Драйзером. Его тоже тяготил Нью-Йорк. Драйзера всегда привлекало кино, он хотел для него работать. Одна кинокомпания предложила оплатить его поездку в Калифорнию.

В конце сентября 1919 года Драйзер и Элен на пароходе отплыли в Новый Орлеан. Здесь Теодор заболел лихорадкой. Элен оказалась весьма внимательной сиделкой, ее заботами Теодор скоро был поставлен на ноги, и они отправились в Калифорнию.

Три последующих года Драйзер и Элен прожили в окрестностях Лос-Анджелеса. Поселившись здесь, Драйзер никому из друзей не давал своего адреса, а просил писать ему на центральный городской почтамт.

Элен снималась на второстепенных ролях в нескольких голливудских фильмах. Драйзер пишет серию статей «Голливуд, его мораль и нравы».

Свое главное внимание во время жизни в Калифорнии писатель уделял творчеству – здесь он закончил вторую часть своей автобиографии «Книга о самом себе», работал над инсценировкой «Гения» для Лео Дитрихштейна, написал рассказы «Оливия Бранд» и «Эстер Норн», включенные впоследствии в сборник «Галерея женщин».

В марте 1920 года был опубликован сборник статей и очерков Драйзера «Бей, барабан!», критикующий существующий капиталистический строй Америки. Официальная критика встретила сборник в штыки. «Книга получает самые отвратительные отзывы рецензентов… - сообщал автору его издатель Ливрайт. – Эти низкие безмозглые критики просто не хотят видеть в вас философа».

Не приняли книгу и многие друзья писателя. «Я бы сам написал эту книгу значительно лучше, - утверждал Менкен, - в то же время я не смог бы создать ни единой главы из «Двенадцати мужчин» или «Сестры Керри».

Литературная работа Драйзера продвигалась довольно успешно, однако его нью-йоркский издатель был недоволен, ибо рассчитывал на новый роман писателя. «Мы просто не можем позволить Синклеру Льюису, Флойду Делу, Шервуду Андерсону и другим создавать «великий американский роман» только  своими силами», - писал Ливрайт в одном из писем Драйзеру. Издатели ждали от писателя завершения работы над романом «Оплот».

Однако в это время писатель уже начал работу над романом «Американская трагедия», которому было суждено стать одним из величайших произведений 20-го века.

В декабре 1920 года, отвечая на настойчивые требования Ливрайта сообщить точный срок окончания «Оплота», Драйзер писал ему: «Прежде всего о романе. Могу сообщить лишь следующее: некоторое время назад, поняв, что работа над «Оплотом» продвигается не так успешно, как хотелось бы, я начал другой роман, продолжая работать над «Оплотом» в свободные минуты, но уделяя мое основное внимание этому новому роману… Само собой разумеется, что это будет хороший роман – по крайней мере, по мнению тех, чьи суждения я уважаю, - в противном случае он не будет передан для издания кому бы то ни было».

Через две недели Драйзер снова сообщил Ливрайту: «Что касается моего следующего романа, над которым я сейчас работаю, но в отношении которого я не хотел бы делать никаких предсказаний и также не желал бы подписывать сейчас контракт, он будет настолько же хорош – если не лучше, - как и «Оплот» и, во всяком случае, такой же волнующе драматический».

Драйзера серьезно продолжала беспокоить судьба его любимого романа «Гений». Чутко реагируя на изменения общественного мнения, писатель считал, что наступил подходящий момент, чтобы попытаться заставить Самнера отступить от своих требований. Такого же мнения придерживался и Менкен, писавший ему 22 апреля 1922 года: «Сегодня даже Даблдей издал бы «Сестру Керри». Наблюдается определенный прогресс, и может быть – черт возьми! – даже больший, чем вы предполагаете. Я мог бы легко получить согласие Самнера, сделав меньше дюжины изменений, причем несущественных».

С согласия Драйзера Менкен поехал в Нью-Йорк для переговоров с Самнером по поводу «Гения». Состоявшаяся 31 мая 1922 года встреча принесла положительные результаты: Самнер отказался от целого ряда требований и пошел на серьезные уступки. Таким образом, ничто больше не стояло на пути переиздания «Гения», дело было лишь в том, чтобы найти издателя.

Длительное пребывание в Лос-Анджелесе начало тяготить Драйзера. Позже Элен писала: «Лос-Анджелес в это время как-то утратил свою привлекательность, он не сулил уже интересных и волнующих встреч, какими был богат Нью-Йорк… Драйзер снова жаждал острых жизненных конфликтов, которые всегда действовали на него возбуждающе и вдохновляли на творческую работу».

В начале октября 1922 года Драйзер и Элен сдали в аренду свой дом и распрощались с Лос-Анджелесом.В середине месяца Драйзер обосновался в небольшой квартирке в Гринвич-Вилледж, а Элен поселилась отдельно – на западной стороне 50-й улицы.

Вскоре в результате деловых переговоров, Хорэс Ливрайт приобрел права на издания всех произведений Драйзера, как уже публиковавшихся, так и новых. Согласно подписанному контракту Драйзер должен был получать по 4 тысячи долларов в год в течении четырех лет.

Ливрайт получил рукопись «Книги о себе самом» («Газетные будни» - второй том автобиографии Драйзера, который охватывает период с 1890 по 1895 год), сразу же запустил ее в производство, и в декабре 1922 года она вышла в свет. Выход книги сопровождался со стороны издателей широкой рекламной компанией. «Мы с радостью и простительной гордостью извещаем, что нами приобретены права на издание всех трудов Теодора Драйзера», - говорилось в рекламных проспектах фирмы Ливрайта.

Широкая публика, несмотря на рекламу, покупала книгу не так охотно, как того хотелось ее автору и издателю. Ливрайт давал этому простое объяснение: читатели ждут от Драйзера нового романа. Но работа над романом продвигалась довольно медленно. «По каким-то причинам эта книга дается мне труднее, чем любая из тех, которые я написал, - признавался он в письме к Элен. – С таким успехом я мог бы вырубать ее из монолитной скалы».

В то же время Драйзер стремился воспользоваться вырванными у Самнера уступками и быстро выпустить в свет новое издание «Гения», авторские права на который в то время принадлежали фирме «Додд, Мид». В декабре 1922 года Драйзер предъявил фирме ультиматум: или они соглашаются на издание романа в течение двух месяцев, или он передает права на его издание Ливрайту. Представители «Додд, Мид» оказались от выпуска «Гения» и уступили права Ливрайту.

Финансовые дела писателя в это время были неплохими. Готовились  к изданию «Гений» и «Краски большого города».Журнал «Метрополитен» приобрел права на публикациюв нескольких номерах сокращенного варианта «Гения», а журнал «Сенчюри» - рассказов «Рейна» и «Ида Хошавут». Драйзер смог полностью отдаться работе над романом. Вместе с Элен он предпринимает путешествия по местам, где происходит действие нового романа.

После возвращения из этого путешествия они снимают домик в провинции и живут там до конца лета 1923 года. Драйзер, несмотря на постоянные головные боли, ежедневно работал. Элен вспоминала: «Он ушел с головой в работу, дело быстро продвигалось, я перепечатывала отдельные части первого рукописного черновика его романа».

Вышедший летом 1923 года в новом издании «Гений» сразу же привлек внимание читающей публики. До конца года было продано более 12 тысяч экземпляров книги, несмотря на то, что цена на нее была установлена довольно высокая по тем временам – 3 доллара.  Ливрайт опасался новых нападок со стороны Самнера, но его опасения не подтвердились.

Драйзер, вернувшись в Нью-Йорк, принялся за работу с новой энергией. По словам Элен: «Он напоминал мне человека, который пытался втащить на берег огромного кита, наполовину втащив его, прилагал теперь все усилия, чтобы довести дело до конца без посторонней помощи».

В октябре 1923 года вышел из печати сборник Драйзера «Краски большого города», представляющий собой зарисовки Нью-Йорка и его жителей, написанные между 1898 и 1919 годами.

Работа над романом продолжалась. Драйзер писал, потом переписывал отдельные главы по семь-восемь раз, потом бросал их в корзину и начинал все сначала.

В октябре 1924 года после семимесячного отсутствия Элен возвращается из Калифорнии в Нью-Йорк. Она сразу же стала помогать Драйзеру готовить наборный экземпляр рукописи.

Последние главы романа были переданы в издательство в середине июля 1925 года. Через десять дней писатель начал получать типографические гранки и снова продолжать работу над романом. Количество внесенной правки приводило издателя в ужас, но писатель твердо стоял на своем.

Наконец-то в гранки были внесены последние изменения, и издатели рассылают верстку книги в газеты и журналы для рецензирования. Один экземпляр верстки с просьбой написать отзыв о книге получает и Синклер Льюис. Роман ему не нравится, и он отказывается писать на него рецензию.

Перед печатью книги встает вопрос о ее названии. Автор давно предложил назвать роман «Американская трагедия», однако Ливрайту название это пришлось не по вкусу, он пытается уговорить писателя изменить его просто на фамилию основного действующего лица. Но и фамилия Грифитс не казалась подходящей для названия из-за трудности ее произношения. «Я чувствую, что обязан еще раз умолять вас назвать книгу «Эвин» или «Вернер», или какой-либо другой порядочной  общепринятой фамилией… - писал Ливрайт. – Может быть, я кажусь вам просто торгашом, но в конце концов вы же сами будете упрекать меня, если книга не найдет сбыта…».

Но писатель твердо стоял на своем, и в середине декабря 1925 года вышел в свет новый роман Теодора Драйзера «Американская трагедия».

  «Американская трагедия» сразу же стала литературной сенсацией, а ее автор – знаменитостью. К Драйзеру наконец-то пришел заслуженный успех.


@Mail.ru